Они обошли ее кругом, опять о чем-то потолковали. Наконец с явной неохотой позволили ей пересечь границу с Западным сектором. - Мистер Лимас, это ваш человек?..
крепостные стены, к чему призывали одни, самые смелые, или таранить дышлами воловьих упряжек парадный вход, как предлагали другие, ибо стоило лишь дотронуться, как сами собо..
Хорхе Луис Борхес - один из интереснейших мыслителей нашего времени, к голосу которого прислушивались виднейшие умы XX века. Создано им немного - несколько сборников стихов, рассказов и эссе, причем последние напоминают своим лаконизмом конспекты. Но мыслей здесь - на многие тома. Сперва они кажутся парадоксами, всюду противоречия. Потом понимаешь, что Борхес видит любую вещь одновременно с разных сторон, учитывая всевозможные взгляды и толкования. Борхес подчеркивает обманчивость мира, сложность всех его явлений. Трудно классифицировать Борхеса: глубокий знаток всех религий, он - не религиозный писатель; ему - эрудиту и любителю истории - мало существовавших и существующих народов, царств и религий, он неустанно создает своей фантазией непостижимые племена, страны и секты, головокружительные образы материализованного сновидения, беспредельной библиотеки, всемогущей лотереи, всеобъемлющей книги, где непостижимы начало и конец. "Книжный червь", он тоскует по бесшабашной жизни гаучо; патриот Аргентины - в своем творчестве он гражданин мира, его герои-греки, арабы, индусы, евреи, китайцы, скандинавы, ирландцы... Но главные его герои - Слово и Мысль, литература всех времен и народов. Любопытно, что он, кажется, нигде не упоминает ни марксизма-ленинизма, ни СССР. Видимо, они совершенно чужды ему, не вызывают даже вражды - так неприемлема для Борхеса догма. Но и для советской литературы он не существовал, в отличие от явных антисоветчиков, ибо его взгляды не повернешь на 180o, заменив лишь минус на плюс (как бывало с крайними правыми или левыми). Борхес просто жил в другой Вселенной, его мысли и впрямь столь неожиданны, что кажется, будто он наблюдает за нами из четвертого, а то и пятого измерения. Непознаваемость мира приводит Борхеса не к отчаянию, а к радости - процесс познания прекрасен именно своей бесконечностью. У Борхеса нет ни праведников, ни негодяев (хотя он и написал цикл "Всеобщая история подлости"). Он - не судья, а следователь (вернее, исследователь). Сейчас запрет с Борхеса снят и, думается, широчайшая эрудиция, трезвый и ясный разум, умение видеть то, что скрыто от других, захватывающая дух фантазия, подлинная диалектичность привлекут читателя. "Девять эссе о Данте" поражают проникновением в душу поэта, отрицая привычный образ "Сурового Данта", рассматривая "Божественную комедию" и как беспримерно дерзкую попытку дать картину мира, и как памятник несчастной любви, проводя самые неожиданные аналогии.
А. Фридман
Девять эссе о Данте
X. Л. БОРХЕС
Из лекции о Данте
...Дело не в теологии и не в мифологии Данте. Дело в том, что ни одна книга не вызывает таких эстетических эмоций. А в книгах я ищу эмоции.
... Когда мы из Рима правили миром, эти люди ходили в звериных шкурах. Так что ничего оскорбительного. Я обернулся, чтобы поприветствовать лидеров своей англо-американской группы. -- Все отлично, -- сказал я. -- Всех разместили на третьем этаже. В каждом номере есть телефон. По любому вопросу звоните портье, и вас сразу со мной соединят. Обед в половине восьмого. Встретимся здесь. О'кей? Теоретически с этого момента у меня были час и двадцать минут на то, чтобы найти свою берлогу, принять душ и немного отдохнуть. Но это редко удавалось. Не удалось и сегодня. Только я скинул пиджак, как зазвонил телефон. -- Мистер Фаббио? -- Я у телефона. -- Это миссис Тейлор. Полная катастрофа! В Перудже я оставила в отеле все пакеты с покупками из Флоренции. Мне бы следовало об этом догадаться. В Генуе она оставила пальто, а в Сиене -- калоши. И настояла, чтобы эти вещи, абсолютно ненужные южнее Рима, затребовали по телефону и переслали в Неаполь. -- Мне очень жаль, миссис Тейлор. Что было в пакетах? -- В основном бьющиеся предметы. Две картины... статуэтка микеланджеловского Давида... несколько пачек сигарет... -- Не беспокойтесь, я об этом позабочусь. Сейчас же позвоню в Перуджу и распоряжусь, чтобы пакеты переправили в нашу контору в Генуе, где вы их получите на обратном пути. От того, насколько заняты администраторы, зависело, поручу ли я им позвонить в Перуджу, или мне самому придется этим заняться. Лучше самому. В конце концов, сэкономлю время. Как только эта Тейлор к нам присоединилась, я сразу распознал в ней растеряху. Она вечно что- нибудь оставляла или роняла. Очки, шарфы, почтовые открытки все время вываливались из ее бездонной сумки. Чисто английский недостаток, национальный порок. В целом говяжьи туши доставляют мало хлопот, хотя из-за своей неуемной жажды солнца сгорают они чаще, чем туристы других национальностей. В первый же день путешествия они наряжаются в хлопчатобумажные платья, ходят с голыми руками и ногами, отчего становятся красными, как черепичные крыши...
