Мы просто это забыли, как забыли и слова, сказанные ее матери Деметре родичами, всевышними богами, когда она пожаловалась им, что Аид похитил у нее дочь...
... До того как приехать сюда, он работал в Бирмингеме в какой-то ссудной кассе, а вернее будет сказать, в ростовщическом заведении, - как видно, от этой работы он и сделался таким противным, циничным и ядовитым. Кроме того, шея у него была свернута набок после какого-то несчастного случая, так что всегда казалось, будто он хочет заглянуть за угол, и уже одно это, не говоря об остальном, действовало всем на нервы. И теперь, понятно, все с облегчением думали о том, что никогда больше не увидят, как он осторожно и неторопливо выходит к обеду, свернув голову набок и словно вынюхивая своим длинным носом, что они тут делают, - злющий старикан, всегда готовый сделать какое-нибудь въедливое замечание. Но в то же время им было неловко от того, что лекарства дяди Фила оказались на каминной доске, хотя должны были лежать на столике возле его кресла. Так что, пока мама ругала себя безмозглой курицей, остальные все молчали. Но тут, на мамино счастье, Джордж Флеминг, на редкость беспардонный парень, рявкнул: - Эй, хватит! Похороны уже кончились, и нечего устраивать их снова. Старик загнулся, и дело с концом. И не стану я прикидываться, что мне жалко. Он меня терпеть не мог, а я его. Очень уж вредный был старый хрыч... - Точно, точно! - закричал Стив. - Не знаю, с чем бы я могла согласиться охотнее! - громко вставила Джойс, которая приносила с работы мало денег, но зато в избытке набиралась там всяких чудных словечек. - Дайте же договорить, - сказал Джордж, нахмурившись в сторону младших Григсонов, на которых он посматривал свысока. - Вы получили эти полтораста фунтов, ма. И не знаете, что с ними делать - так? Тогда у меня есть предложение. Надо купить то, что нам всем доставит удовольствие. Это уже было похоже на дело...
