|
|
Тем временем:
... На эти
суммы Том приобрел автомобиль и кое-какие недурные драгоценности. Когда же
Джордж, поняв, что его брат никогда не остепенится, умыл руки, Том без
малейших угрызений совести принялся его шантажировать. Не так-то приятно
респектабельному адвокату узнать, что его брат сбивает коктейли за стойкой
бара его любимого ресторана или сидит за рулем такси у дверей его клуба. Том
утверждал, что стоять за стойкой бара и водить такси -- занятия вполне
солидные, однако, если Джордж может услужить ему двумя-тремя сотнями фунтов,
он ради чести семьи от них, так и быть, откажется. И Джордж платил.
Однажды Том чуть не угодил в тюрьму. Джордж был в ужасе. Нет, Том
действительно зашел слишком далеко. Прежде он был легкомысленным мотом и
эгоистом, но бесчестных поступков не допускал. (Под этим Джордж подразумевал
нарушения закона.) И если бы его привлекли к суду, ему несомненно вынесли бы
обвинительный приговор. Но нельзя же допустить, чтобы ваш единственный брат
попал в тюрьму! Человек, которого Том надул, человек по фамилии Кроншо, был
мстителен. Он непременно хотел обратиться в суд. Он сказал, что Том негодяй
и должен понести кару. Благополучный исход этого дела обошелся Джорджу во
множество хлопот и пятьсот фунтов. И я ни разу не видел его в таком
бешенстве, как в тот день, когда он узнал, что Том и Кроншо, едва кассировав
чек, укатили вместе в Монте-Карло, где провели преотличнейший месяц.
Двадцать лет Том играл на скачках и в казино, волочился за самыми
хорошенькими женщинами, танцевал, ел в самых дорогих ресторанах и одевался с
безупречным вкусом. Он всегда выглядел так, словно сошел со страницы модного
журнала. Хотя ему было сорок шесть, вы бы от силы дали ему тридцать пять. Он
был на редкость остроумным собеседником, и хотя вы знали, что он полная
никчемность, это не мешало вам получать большое удовольствие от его
общества. Его отличали бодрость, неугасимая веселость и невероятное обаяние.
Я нисколько не досадовал на поборы, которые он регулярно брал с меня для
удовлетворения насущных потребностей...
Уильям Сомерсет Моэм (William Somerset Maugham)
«Стрекоза и муравей»
|
|
